Русский марш 2013. Итоги и перспективы Записки очевидца

Для кого как, а для меня осознание того, что Русский марш перестал быть мероприятием только для националистов и стал чем-то большим, пришло после того, как мне дня за несколько дней до его начала позвонил продюсер телеканала Россия и попросил помочь с организацией прямого эфира с Русского марша в Москве, поскольку ВГТРК будет вести прямую трансляцию. Могу только догадываться, что двигало руководством ВГТРК, что они предполагали показать, но несколько включений, вполне общеинформационных с РМ в их новостях было, а два их оператора на вышках у сцены мокли до окончания концерта группы «Коловрат». Мне же благодаря этой трансляции впервые за всю историю проведения маршей в Люблино пришлось приехать сначала к месту будущего митинга, к метро «Братиславская», поскольку поутру 4 ноября машину с оборудованием для спутниковой трансляции ВГТРК полиция стала отгонять от сцены. Но, пока я ехала, всё решилось, поставили машину за ограждениями, прямо за сценой.

Прошла потом пешком навстречу будущего хода марша по Люблино – свежее утро, но народ мрачный, явно запуган оцеплением района, и район мрачный сам по себе, а тут ещё полицейские с собаками и машины ВВ на каждом шагу, в небе вертолёт, чуть ли не боевой, всех «трудовых мигрантов» управа и полиция заблаговременно убрали.

Русский марш на окраине – там, где живут наши люди, более всего страдающие от нарастающего превращения России в азиатскую страну, от путинского режима, не видящие возможности выбраться. Это очень символичное место – рынки и квартиры, забитые азиатами, неухоженная местность, небогатое в основном население - люди, спешащие с улиц по домам, чтобы, уткнувшись в телевизор, забыть об ужасах окружающего мира. И мы собираемся здесь, чтобы показать, что мы можем вытащить этих людей из ужаса.

Много людей, в основном молодых, очень молодых перед рамками на входе, толпа журналистов, никогда не видела столько на РМ, хотя на их отсутствие никогда нельзя было пожаловаться, но сейчас очень много, и не только российские СМИ, но со всех сторон света – немцы, датчане, французы, итальянцы, корейцы (не узнала, какие), ещё кто-то. Много растяжек с лозунгами, их «непротиворечивость законодательству» проверяют юристы на входе. Проходят практически все, но досмотр очень тщательный – «откройте зонт, откройте косметичку». Колонны долго строятся и потом быстро идут. Участников около 20 тысяч человек, в основном, как уже сказала, люди очень молодые. Начинается проливной дождь, митинг отменяется, ведущие зачитывают со сцены 14 пунктов требований Русского марша и кратко выступает Иван Миронов. Затем начинается концерт группы «Коловрат».

Итак, что это было и зачем.

В качественно иную форму Русский марш стал переходить с 2011 года, когда националисты заявили, что готовы принять участие в общегражданских протестах против ожидаемой фальсификации выборов. Об этом в 2011 году объявил со сцены РМ Александр Белов. Фальсификации выборов не обманули ожиданий, русские националисты буквально отбили для себя место на общегражданских протестных митингах, затем русские националисты стали упоминаться в прессе и блогах не только в связи с Русским маршем и межнациональными конфликтами, неожиданно для сторонней публики оказалось, что у националистов есть чёткие последовательные программы решений многих и социальных, и экономических проблем, и русский национализм появился на широком общественно-политическом поле.

Ничего не бывает вдруг. Работа над политическими программами русских националистов идёт давно и постоянно, и как не пытались оппоненты представить руководителей национальных организаций «предводителями пэтэушников с окраин», а участников националистических мероприятий – этими самыми «пэтэушниками», не вышло.

Ничего не бывает вдруг. Русский марш, который до этого года интересовал только его участников, полицию и ярых оппонентов, вдруг стал интересен практически всем. Кто-то стал призывать идти на него, а кто-то – ни в коем случае не ходить. Кто-то, кто раньше и представить себя не мог на этом мероприятии, пошёл из любопытства, а кто-то – назло. Основную часть участников, конечно, составили националисты.

И практически не изменились ни численность, ни состав участников марша. Но после марша говорили совсем о другом. Изменилось его общественное восприятие. И дело здесь ни в событиях в Бирюлёве как таковых, например. Оформилось то, что давно зрело и явилось в мир, потому что время пришло – русские националисты стали реальной политической силой.

Сейчас стороннему наблюдателю это заметно только в информационном шуме вокруг РМ – достаточно подробное освещение, в том числе и государственными телеканалами, с одной стороны, и изменившимся содержанием критики – с другой. До того контрпропаганда строилась на простых рассказах о «тупых не нашедших себя в жизни последователях нацистов» и на том угасала. Никого не заботило идейно-политическое содержание мероприятия. (Например, Денис Герасимов, солист группы «Коловрат», пел на Русском марше в Москве и в 2010 году, но никто из контрпропагандистов тогда не делал далеко идущих выводов, что содержание песен «Коловрата» формирует идейное содержание РМ). О резолюциях тоже не говорили. В предшествовавшие годы все считали, приросло ли число участников марша, и кто из организаций и известных националистов был, выводы об успешности РМ строились только на этом. Сам факт наличия политических требований, информационное освещение и социальный состав участников за пределами марша никого не интересовали – даже не из неприятия его, а просто не интересовали, и всё.

Теперь лейтмотивом контрпропаганды стало – «да они же не могли сформулировать никаких требований, сами не знали, зачем собрались» – это звучало как со стороны прокремлёвских, так и со стороны либеральных СМИ – от ТК «Дождь» до «Вечерней Москвы». Это очень важный момент, поскольку противникам русских националистов надо срочно заявить, что не только конструктивной программы, но и возможностей сформулировать эту программу у националистов нет и быть не может.

Голоса либералов разделились, и это тоже очень показательно. О тех либералах, кто выступает за РМ и даже заявляет о своём участии в нём, среди националистов появилось мнение «спешат примазаться». Это показательно, даже если и не так – и «спешить примазаться» можно только к чему-то очень успешному и перспективному, и говорить о такой спешке можно только обсуждая что-то успешное и перспективное.

Что же касается самого «стремления примазаться» - это и так, и не только так. Во-первых, многие и среди либералов действительно недовольны превращением России в азиатскую страну. Одно дело рассуждать про толерантность и «необходимость понять каждого» не видя лицом к лицу этого каждого, а совсем другое – столкнуться непосредственно. Потому на поле политического противодействия превращению России в азиатскую деспотию выходят самые разные люди. Не надо отталкивать этих людей всех скопом только из-за их принадлежности к «либеральному лагерю». Этот лагерь очень пёстрый.

Ну, те либералы, которые принципиально против национализма – те, конечно, будут против Русского марша при любых условиях. У них всегда есть два объяснения. Первое – националисты тупы, потому что не могут понять прелести мультикультурного мира. Второе – националисты ангажированы Кремлём. То, что эти два тезиса взаимно исключают друг друга, их провозгласителей не заботит. (Вообще, две взаимоисключающие идеи у одного лица одновременно без конфликта этих идей есть признак серьёзного психического расстройства, но тут не об этом).

Есть представители разного рода либеральных взглядов, кто выступает и против Русского марша и националистов, и против бесконтрольной миграции. Или, хотя бы, говорит о наличии серьёзных проблем, вызываемых бесконтрольной миграцией, в том числе и внутренней, с Северного Кавказа. Таким образом, данные либералы высказывают вполне националистические идеи, только не могут это признать. Возможно ли для националистов в будущем сотрудничество с такими политиками – время покажет, но идеи националистов захватывают всё более широкое общественно-политическое поле, и носителями таких идей становятся всё более разные люди.

Тут же следует упомянуть и о круговерти вокруг участия Алексея Навального в Русском марше. Вопрос для многих настолько болезненный, как вообще само наличие на свете Алексея Навального, что все забыли, что Навальный, если бы он на Русский марш пришёл, был бы рядовым его участником, только очень медийно известным. Либералы предаются рассуждениям о том, может ли Навальный возглавить русский национализм, как будто сам Навальный об этом говорил или русские националисты его приглашали их возглавить. (Упрежу путаницу в рассуждениях противников Навального среди русских националистов - поддержка в некоторых политических действиях не есть приглашение что-то возглавить). И это всё тоже говорит о возросшей политической роли русского национализма – на место его вождя примеряют Алексея Навального, как популярного политика, высказывавшего националистические взгляды. И большинству примеряющих эта роль Навального не нравится. Потому что не отражает реальность.

Среди действующих политиков-националистов есть те, кто политический русский национализм и возглавляют, и дальше будут возглавлять. А сотрудничество с кем-либо, кто разделяет идеи националистов и готов прилагать усилия для их воплощения, всегда возможно.

Интересно участие в Русском марше в Москве «Другой России». «Другая Россия», являющаяся не самой многочисленной, но весьма бойкой и активной политической группой, с чёткими взглядами и политическими целями, далёкая от национализма, игнорирующая «белоленточные протесты», первый раз пришла на РМ. Почему? Нашла для себя это поле перспективным и хочет перехватить инициативы? Это тоже весьма показательный момент, до того не было желающих у националистов что-то перехватывать (кроме кремлёвских имитаций, конечно).

Что касается главных участников РМ, то есть, националистов. По моим впечатлениям, не менее 80% участников – люди очень молодые, от 14-ти до 20-ти лет, да ещё и дети были, конечно, немного, но зато от совсем младенцев и далее всех возрастов, плавно переходивших в подростковый.

Это хорошо, потому что только там, где молодёжь, есть будущее. Было видно, как эти молодые люди организованы, некоторые колонны вели не только юноши, но и девушки лет по 16.

Молодёжь была настроена весьма антипутински. Раньше такого не то, чтобы не было, но не было это доминирующим. За два года русский национализм весьма политизировался, занял своё место в общегражданском протесте и более не нуждается в том, чтобы биться за места на «белоленточных» акциях. Возможно, кто-то не понял, что «белоленточники» выступили для русских националистов своеобразным «разогревом». Теперь русский национализм способен проводить собственные масштабные общегражданские мероприятия.

На этом торжестве молодости, конечно, бросалось в глаза и то, что людей среднего и старшего возраста, соответственно, процентов 20 от участников. Молодость придаёт динамику, зрелость – стабильность. Почему людей среднего возраста значительно меньше? Самый простой ответ – потому что молодых больше. Молодые не вытесняют более старших, просто их больше приходит. Кого-то из зрелых людей, конечно, смущают агрессивные, или кажущиеся агрессивными подростки. Но в основном никого подростки не смущают и не отпугивают.

Но есть такой момент - люди среднего возраста куда-то идут, если видят для этого достаточные основания, понимают перспективы и знают лидеров, а не просто ради участия как такового. То есть, люди должны знать о Русском марше, понимать, зачем он, какие проблемы они решат, хотя бы в перспективе, если поддержат националистов, кого именно они должны поддерживать и на каком основании. Агитировать их надо задолго до РМ. Молодёжь узнаёт о РМ легко. Люди среднего возраста – если они сами далеки от политики, не имеют «политизированных» родственников и друзей, о РМ узнать практически не могут. Вот здесь возникает информационно-агитационная проблема, о ней дальше.

Социальный состав участников весьма порадовал – он очень разный. Сложилась устойчивая точка зрения, что на Русский марш ходят люди только невысокого достатка, с «рабочих окраин» и рабочих профессий. Может, когда-то так и было (вообще-то, никогда не было), а сейчас это совсем не так, разные люди ходят, и по роду занятий, и по уровню доходов.

Политический состав – естественно, это националисты разного «накала» взглядов, от умеренных, до радикальных, разных доктрин и религиозных взглядов, плюс люди, желающие заявить какие-то свои, близкие националистам требования: «правые экологи», сторонники легализации гражданского оружия. О сложном составе участников противники РМ говорят как о недостатке, когда говорить о нём надо как о достоинстве. (Впрочем, противникам положено трактовать как недостаток всё). На РМ же люди, имеющие расхождения, иногда существенные, в каких-то политических вопросах, договариваются о совместном проведении мероприятия, бесконфликтном участии на нём и о резолюции этого мероприятия. Противников этот факт, конечно, раздражает.

Теперь о людях «странного вида», взглядов, и о тех, кто пошёл на «альтернативные» мероприятия.

Сначала просто о людях «нестандартного» вида на РМ, которым принято придавать оскорбительное определение «фрики» (да, в русском языке это слово имеет не такой грубый смысл, как в оригинале, но оскорбительный).

О тех, кто никакими «фриками» не является. Русский марш – это политическое мероприятие, а не фольклорный праздник, мероприятие светское, а не религиозное, но нет ничего дурного в некотором числе людей в национальных костюмах или с религиозной символикой, как православной, так и родноверческой. Главное, чтобы это не затмевало политический смысл мероприятия. А показывать человека, например, в казацкой одежде или с иконой как доказательство глупости или «неадекватности» участников русского национального мероприятия просто странно. Проблема в том, как со стороны смотрятся «люди в шкурах» и на какие мысли они наводят стороннего наблюдателя. И является ли это проблемой на самом деле? Если да, то не самой существенной. Реально, образ политического национализма они не портят и никого, по большому счёту не отпугивают. Повторю, главное – чтобы их не было подавляющее большинство, вот тогда будет фольклорный фестиваль. Самим пропагандистам марша надо сместить акценты пропаганды, делая её центром другие образы, и проблемы не будет.

Далее о людях, не нашедших себя в современной политике. Это разные люди, не обязательно сознательные провокаторы, сумасшедшие и «прокремлёвские спойлеры», но однозначно, это люди, которые не понимают политики как таковой, выпали из современного хода жизни, недоговороспособны, вследствие чего и проводят одновременно с Русским маршем свои странные маскарадные мероприятия. Упомянуть это нужно, а придавать большого значения не стоит – это фон, как раз выгодно оттеняющий Русский марш.

О лозунгах Русского марша - они вполне отражают актуальные идеи, предлагаемые русским национализмом: «Великая нация – новая индустриализация», «Долой политические репрессии», «Русский – значит трезвый», «Руки прочь от РАН», «Партия националистов», «Москвабада нам не надо», «Сегодня мечеть – завтра джихад», «Быть русским – быть воином», лозунги в поддержку политзаключённых и лозунги солидарности с греческими националистами. Отдельно стоит нацболовский лозунг «Отнять и поделить», но в контексте «За Бирюлёво» он вполне вписывается в требования РМ, если подразумевать то, чтобы отнять награбленное у русских оккупантами.

И об агитации. Да, по ней не прошёлся только самый ленивый, и у тех, кто её ругает, не нашлось времени какую-то агитацию сделать, зато нашлось время обругать сделанное. Да, это так. Вот и я тоже. Я не говорю, что агитация Русского марша плохая, она вполне хорошая, вопрос только – для чего она хороша.

Агитация Русского марша из года в год носит чисто информационный характер и предназначена только для своих (единственная попытка обратить агитацию к другим социальным группам предпринималась в 2008 году, но была скомкана из-за несогласования РМ в Москве). Так вот, агитпродукция Русского марша носит чисто информационный характер – она говорит, что марш будет там-то тогда-то, и что приходить на марш правильно. Для тех, кто знает о Русском марше, кто решает, идти ли на него, кому надо убедить родных и друзей – это очень хорошая агитация. Но она совершенно не отражает политического значения Русского марша и не направлена ни на какие социальные группы, кроме тех, которые, собственно, на марше и присутствуют, или тех, кто о марше знают, но настроены против него. Дело, конечно, и в недостатке средств – с теми средствами, которые есть, широко охватить атитпродукцией можно только интернет, а люди, далёкие от политики, не присутствуют на политических ресурсах. Но основная проблема в том, что эта агитпродукция, даже если попадёт на глаза обывателю, ничего в сознании обывателя не затронет и он как ходил мимо РМ, так и пойдёт.

На этом месте возникает вопрос - нужно ли обращать агитацию Русского марша к людям, далёким от политики? Бесспорно, нужно, поскольку русские националисты – это выразители интересов русских людей на общественно-политическом поле, и Русский марш – это не единственный, но мощный повод для националистов сообщить о себе миру. Этот повод постоянно не полностью, но в значительной части упускается и те люди, интересы которых националисты представляют, получают о националистах искажённую информацию, пропущенную через не самые дружественные СМИ.

Но, к итогу, несмотря на небывалое информационные противодействие, когда противники РМ то умоляли не ходить на него, то обещали проклятье тем, кто пойдёт, несмотря на противодействие административных структур, на задержания организаторов (в некоторых городах) и участников РМ (повсюду), на сложные погодные условия, в том числе и в Москве, Русский марш состоялся, и состоялся триумфально.

И никто уже не пишет, как в предыдущие годы - «Русские прошли». Ходьба по кругу закончилась, мы вышли на качественно иной уровень.

Мы стали влиятельной политической силой, осознали себя таковой и добились общественного признания.

Некоторые наблюдатели отметили «антисистемность» Русского марша. Да, он не вписывается в созданную систему: тут путинцы строят свою коррупционную вертикаль, тут – прекраснодушная интеллигенция ругает их и бестолковый народ, тут – коммунисты призывают к прекрасному прошлому, а либералы – к не менее прекрасному и не следующему из настоящего будущему и всё это параллельно реальной жизни обычных людей. Русский марш находится в реальности, такой, какая она есть, отвечает на запросы этой реальности и формирует её. Именно это и есть реальная политика.

Некоторые наблюдатели говорят о радикализации Русского марша, некоторые – о том, что Русский марш есть демонстрация силы, он более суров и сосредоточен, нежели Болотная. Всё это так и так и должно быть.

Что будет дальше.

Самое важное для русских националистов сейчас – довести до общества то, что они являются выразителями его требований. Партийное строительство является важным, но не единственным способом – необходима конкретная помощь людям, такие проекты действуют, но их мало. Необходимо грамотное строительство имиджа русских националистов – пока ещё в сознании обывателя этот образ расплывчат и отдельные выплывающие черты не всегда располагают к сближению. Необходима грамотная информационная политика – она не должны быть направлена только «на своих».

Общественная ситуация накаляется, приобретая весьма суровый вид – люди не хотят, да и не могут больше жить так, как им предлагают власти, власти и не думая обращать на недовольство людей внимание, гнут своё – превращение страны в азиатскую деспотию с максимальным ограблением населения и лишением его гражданских прав.

Если русским националистам сейчас дадут зарегистрировать партии и участвовать в выборах, то мы будем решать проблемы на законодательном поле. Не дадут – будем действовать на широком общественном поле пропагандой и давлением на власти. А выносить законодательные инициативы в этом случае будет улица. Русские националисты же просто поддержат народ.

Автор: Елена Денежникина Источник: АПН

Author: admin

Share This Post On
468 ad